EU erörtert Pauschalsteuer auf iGaming

EU erörtert Pauschalsteuer auf iGaming

Брюссель рассматривает возможность введения общеевропейского сбора с онлайн-гемблинга — не национального налога, а прямых отчислений в бюджет ЕС. Евросоюз ищет новые источники финансирования для образования и молодёжных программ — и iGaming с оборотом €200 млрд оказался в фокусе внимания.

Суть инициативы

• Предлагается ввести сбор с онлайн-операторов на основе их прибыли
• Средства направят на финансирование образовательных программ и молодёжных инициатив ЕС
• Вице-президент Европарламента Виктор Негреску публично поддержал инициативу
• Один из главных аргументов: налоговые ставки на iGaming в разных странах ЕС варьируются от 5% до почти 40% — операторы выбирают юрисдикции с низкими налогами, сохраняя аудиторию по всей Европе

Масштаб рынка

• Валовый игровой доход ЕС в 2024 году — €123,4 млрд
• Онлайн-сегмент — €47,9 млрд, около 40% от общего объема
• По оценкам, приведённым на уровне Европарламента, рынок достиг €200 млрд
• Даже 1% единого сбора принёс бы бюджету ЕС десятки миллиардов евро

Главное препятствие

• Европарламент может обсуждать инициативу, но не вправе самостоятельно вводить новый налог
• Для принятия необходимо единогласное одобрение всех 27 государств-членов
• Одна-две страны с крупными iGaming-секторами могут заблокировать решение

Открытые вопросы для операторов

• Будет ли сбор дополнять национальные налоги или заменять их — не определено
• Риск двойного налогообложения: лицензированные операторы платят, нелицензированные — нет
• Конкурентный дисбаланс усилится: офшорные платформы продолжат работать без дополнительной нагрузки

Что это значит для рынка

• iGaming рассматривается как общеевропейский источник дохода, а не только объект национального регулирования
• Фрагментация налогового регулирования в Европе давно раздражает и операторов, и регуляторов — единый сбор мог бы её снизить

Schlussfolgerung

Единый налог на iGaming в ЕС маловероятен в ближайшей перспективе — единогласие 27 стран слишком высокая планка. Мальта и Гибралтар, чья бизнес-модель построена на налоговой привлекательности, имеют право вето и вероятно используют его.

Но главный парадокс инициативы в другом: дополнительная нагрузка ляжет на лицензированных операторов, тогда как офшорные платформы продолжат работать без неё — мера, которая декларирует борьбу с серым рынком, фактически делает его конкурентоспособнее.